Я хочу поведать о моей первой здоровенный и по-настоящему чистой любви. Надосказать,что я крайне неумерен в сексе, то есть могу заниматься онанизмом по три-четыре раза в день, потому меня не выдерживает ни одна девушка. Но в одно прекрасное время я увидел ЕЕ на одной из вечеринок.

ЕЕ большая мягкая грудь выпирала из-под тоненького платья, через которое разрешается было углядеть все ее белое широкое тело, представить как выглядит ее темненький треугольничек. Всю темное время суток я продрочил как безрассудный представляя себя с ней в разных позах. А на следущий день позвонил своему другу, тот, что обещал познакомить меня с ней.

Я просил его вручить ее телефон, но он отказывался, говоря, что то, что между нами было не дает ему права пихать меня в объятия женщины. По-видимому, он вспоминал время, когда мы с ним любили приятель друга и трахались в подворотнях до одурения.

В конце концов он поддался моим уговорам и согласился дать ее телефон, но только в том случаве, если я трахну его любимую лошадь, которая неизвестно зачем боится коней и не подпускает их к себе. Краткосрочно думая, я согласился. Когда я к нему приехал лошадь уже была готова. Я вытащил своего малыша и подошел к стремянке, которую предусмотрительно поставили сзади.

Карапуз ожил в моих опытных руках и забился в оргазме, еле-еле я прикоснулся им к заветной дырочке. А мой товарищ кричал мне снизу: "Давай трахни ее! Покажи ей какой ты жеребец!! Я взял ее за хвостище и вошел в нее со всей страстью на которую был способен.

Мы двигались в одном ритме и я нашептывал ее имя, Эсмеральдой ее звали, а друг, видя как мы неистовствуем кричал все громче и громче. Наконец он всхлипнул и я понял, что он кончил. Я двигался все быстрее и быстрее, а Эсмеральда ржала все громче. И вот.. Я понял,что нашел то, чего мне не хватает. И на что мне чей-то телефон?

Мы договорились с другом, что я буду навещать Эсмеральду, когда мне вздумается. И я ушел, пошатываясь и думая о той, с целью которой я был готов ныне на все. Да, я знал, что позволительно в настоящий момент не онанировать по немного раз, потому как у меня была моя лошадка, моя Эсмеральда, моя любовь.. ЧИТАЙТЕ В РАЗДЕЛЕ: "РАССКАЗЫ" Нежданно у меня зачин шибко жечь задницу.

Наши пацаны за нами подглядывали. В Сети нет интима, немного миллиардов компьютеров такие сцены высматривают, море гуманоидов, ещё и запись остается для будущих поколений. Мы полежали на кроватке, затем явилась Таня, маменька с.. ЧИТАЙТЕ В РАЗДЕЛЕ: "РАССКАЗЫ" Лена налила мне водки и заставила выпить.

Осматривая осенние вещи, выставленные в "Пассаже", она встрети-ла свою школьную подругу, Светлану Шарапову.. Я отдыхал у pодной тетки, а ее супруг pаботал конюхом в колхозе. Естественно, лето это поpа всяческих заготовок и катоpжной pаботы. Hо потому что pодной племянник пpиехал отдыхать, а не вкалывать?. Но об этом в иной раз.

Нет, в этот.. Короче, несмотря на то, что, как корреспондентке эротической газеты, мне довелось повидать уймище нетрадиционных сексофилов, эти - сразили меня до глубины сами понимаете чего. Они проникли туда своими усами!. Но по порядку.. И что за привычка, Пушок?. Нина еще раз всхлипнула и тут же размазала слезы по лицу.. В мае, а может быть, в июне. В текущее время уже зима, и я не вовсе толково помню "дела давнехонько минувших дней.. Но кое-что отобразилось в моей памяти надолго..

Как следует. Если мне понравится, ты сможешь попить и поесть: - гадко хихикнула Карена, раздвинув рукой свои половые губы. Высунув язык как позволительно дальше, Диля принялась за дело. Проведя языком по клитору сестры, она услышала стон блаженства, вырвавшийся из глотки сестры.. ЧИТАЙТЕ В РАЗДЕЛЕ: "РАССКАЗЫ" В настоящее время родитель сек обнаженного сына не торопясь и скрупулезно выбирая цель.

Единственной одеждой ей служили белые босоножки на шибко высокой шпильке. Большие упругие груди при таковой позе свисали, подобно как два налитых плода размером с небольшую дыню. Длинные светлые волосы касались пола, хотя увеличение у девушки был модельный - под 190 сантиметров. В таковый позе Света со страхом, перемешенным с вожделением, ждала очередного удара по своим раскрасневшимся от порки ягодицам, в тайне более того от себя желая, чтобы он получился ещё сильнее предыдущего.

Ее темные, запретные мечты оправдались. Жесткая поверхность ракетки огненной молнией обожгла правую ягодицу девушки, даря незабываемое унизительное блаженство. Ей показалось, что звук от шлепка позволительно было услыхать на другом конце дачного поселка. Почему-то это возбуждало еще сильнее.

Вся сцена происходила в полном молчании, и, если бы не гулкое учащенное дыхание голой блондинки у стены, да не постукивание острых шпилек о деревянный пол юной девушки при задумчивой ходьбе, разрешено было бы подумать, что кто-то взял да и убрал весь звук из этой комнаты. Что ж, теперь, по-моему, твое истинное лик человеческий и обычное одного цвета, - нагловато-вызывающие нотки так и плясали в томном шелковом голосе юный девицы.

К слову сказать, одета она была не больше ни менее, как в наряд горничной. Истина чересчур коротенькая юбочка и глубокое декольте в купе с босоножками на ощутимой платформе с убойно-высокой металлической шпилькой, наводили на мысль, что тот самый наряд был приобретен прямо не для уборки.

Нежно-розовые губки на красивом лице то и занятие обнажали жемчужной белизны зубки в насмешливой улыбке, когда юная девица наносила четкие, размеренные удары ракеткой по отставленной попке Светы. Черные шелковистые волосы до плеч при этом физическом действии ликующе подпрыгивали. Света в очередной раз провалилась в океан собственных противоречивых ощущений.

С одной стороны выпоротые ягодицы без затей жгло каленым железом, а неудобство позы, в которой она стояла довольно-таки уже давно, было причиной ломоты в прогнутой, как седло, спине и затекания длинных ножек, не зачастую и не подолгу носивших раньше подобной высоты шпильки. Тем не менее, она не смела даже поразмыслить о том, чтобы что-то менять. Полная открытость и доступность своей позы заводило ее чрезвычайно.

Шлепки, с завидной регулярностью обрушивающиеся на ее покорно отставленный зад, только подбавляли дров в растущее внутри нее полымя страсти. А то унижение, которое она в текущее время переживала, позволяя этой наглой малолетке становить себя в такую позу и пороть как последнюю суку, даже сравнить не с чем.

Но как раз чувство собственного унижения, в особенности острого из-за той застенчивой и чувственной стыдливости, которой так щедро одарила ее природа, заставляло ее лоно раз за разом выделять обильные потоки смазки. За томным учащенным дыханием разрешается было услышать следом каждого удара тихое "Да! Ох, да.. Пожалуйста, да!"

Света чувствовала себя настоящей шлюхой в этот момент, похотливой самкой, безвольной никчемной текущей шалавой, и ей это ощущение сильно нравилось.

Как будто услышав грязные мысли стонущей от похоти рабыни, дьяволица, скрывающаяся под личиной семнадцатилетнего ангелочка, ещё подала голос: - А напомни-ка мне, шлюха, кем, точнее, чем ты являешься? Хм, правда? Кто бы мог подумать? Продолжай, пизда! Оох! Я ваша вещь, грязная подстилка, распутная шалава, я+Я - мокрая дырка, высшим наслаждением для которой является служение Вам, Госпожа!

Света, еще сильнее распаляли ее желание. Вот именно, сука. Весь толк твоей блядской жизни - это служение мне! Да, Госпожа! Рубеж моих мечтаний - это удостоиться чести быть Вашей вещью, навсегда, - с такого признания в собственной ничтожности Света, изнывая от похоти, малость не кончила.

Она взошла на порог своего первого, но вдали не последнего, как она надеялась, за нынче оргазма. Правда, оставался еще единственный шаг, и его-то как раз несложно катастрофически не хватало. Все ее туловище напряглось в предвкушении незабываемого. Ноги уже начала сводить судорога, влажные губы в раз пересохли, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Из призывно открытого плаксивого ротика вырывались стоны невыразимой муки и наслаждения - потому что ожидание удовольствия также своего рода удовольствие.

Но какой-то крупицы все же не хватало, и это сводило с ума. Света явственно представляла, что в текущий момент видит юная "горничная": обнаженную красивую девушку, сгорающую со стыда и желания, готовую осуществить каждый приказ, даже что ни на есть унизительный. От этих мыслей Свету отвлекло тихое касание тонких пальчиков между ног.

Острые ноготочки легонько царапали ее насквозь мокрую промежность, нечаянно заставляя девушку прогибаться сильнее, а попку вставать еще выше. Сквозь немного секунд таких ласк она уже стояла на цыпочках, несмотря на высокие шпильки босоножек. Барышня была на грани. О, Госпожа!

Позвольте своей грязной шлюхе довершить - я больше не могу сдерживаться, - задыхаясь от страсти, стала упрашивать девушка. Хм, - протянула мучительница в раздумье. Неужто ты до такой степени похотлива, что готова выпустить оттого, что тебя порют, как нашкодившую суку? Да, Госпожа, - признание из девушки вышло сообща со слезами от унижения, которое она испытала, соглашаясь со словами своей Хозяйки.

Так и быть, развратная блядь, поворачивайся и мастурбируй передо мной, да и можешь кончать. О, спасибо, Госпожа! Светланы грубо проявились нотки собачьей преданности. Голая блондинка исполнила в точности, что было велено.

Просторно расставив ноги и еле-еле==немного согнув колени, чтобы юная Госпожа могла зреть ее всю, Света принялась ласкать близкое тело. Срам от всей ситуации обжигал ее сердце раскаленной лавой, от чего ее красивые глаза всю дорогу были на мокром месте, но это лишь добавляло дров в топку ее похоти. Первое же касание дрожащих пальчиков к клитору отправило девушку на пол содрогаться всем телом в неистовой силе оргазме.

На несколько долгих мгновений девушка отправилась в сладкое турне по волнам своего оргазма, тот, что достаточно продолжительное миг не хотел освобождать ее жадное до подобных ощущений тело. Ох, Госпожа, - томно прошептала дрожащими губками только что вернувшаяся с небес блаженства девушка. Я ваша вещь я буду работать все, что Вы прикажите. Все.

Знаю, сука, - мерзлый тон Госпожи яснее ясного давал понять, что эти признания в вечной любви и безграничной покорности ей ни к чему. В то время как я занималась воспитанием эдакий бляди как ты, мои премилые босоножки успели кот наплакал запылиться. Намек понятен, тварь? Тогда вперед. Слушаюсь, Хозяйка! Следующие минуты проходили под звуки жадного чавканья и лизанья. Света с большим рвением принялась реализовывать хозяйский приказ.

Ласково покрывая горячими влажными поцелуями платформу босоножек и вылизывая начисто их от набойки шпилек до самого верха, девушка чувствовала себя вконец униженной и втоптанной в грязь. Но, как она уже успела для себя усвоить за недолгое знакомство со своей Хозяйкой, это ощущение действовало на ее тело однозначно - она проворно увлажнялась и ничего с этим сделать не могла. Душевная боль и обида на природу, за то, что она такая, какая есть, стремительно сменялась безумным возбуждением и похотливой дрожью всего тела.

Света стыдилась себя и своей реакцией на подобное к себе отношение, но это лишь усугубляло и без того непомерно растущее вожделение, любой раз, когда ее унижали. Покорно и услужливо вылизывая обувь своей Госпожи, Светлана ненамеренно окунулась в собственные рассуждения. Юную горничную в их с мамой загородный жилье привела мама, аргументировав это тем, что у нее лично на уборку этого коттеджа руки ни в жизнь не дойдут, а на ее пускай и умницу, но неженку-дочь и полагать нечего. И то верно.

Но крайне скоро дела у новоиспеченной матери-одиночки пошли в гору, и вскоре юную принцессу, так она любила звать свою дочь, окружили предметы роскоши и удобства, о которых самое малое кто из детей того времени мог даже мечтать. Конечно, подобное окружение, постоянная опека элитных нянек и зарубежных репетиторов не могла не сказаться на податливой детской психике.

Девчонка росла красивой и не по годам смышленой, изумляя своих многочисленных наставников острым и живым умом. Ее же мать, Людмила Николаевна, делала все, чтобы развить и улучшить природные данные девушки, благо материальных средств на это хватало вполне.

Только вот чего не было у Светы, так это маминого характера и ее воли, благодаря которой та сумела выжить и даже преуспеть в суровом, не терпящем компромиссов, мире бизнеса. И, как понимала, сама девушка, этому ее обучить не смог бы никто.

Она выросла в тепличных условиях, что само по себе не располагало к закалке характера, а тонкая и чувственная организационная структура, дарованная ей природой, неведомым образом превратило ее в безвольную тряпку, которая возбуждается произвольный раз, как об нее вытирают ноги. Вот и сейчас, не успело стан отстраниться от первого мощнейшего оргазма, а она уже сызнова готова кончить, вылизывая босоножки своей юной, но не погодам строгой Госпожи.

Тем более та, обзывая ее последними словами, подгоняет ее резвость тонким кожаным ремнем, обрабатывая им покорно вздернутый для порки Светин зад.